2011-05-24
Табачникам, сахарникам, строителям, вообще рабочим небольших производств – по вкусу была идея самоуправления. Пропагандировали же её левые эсеры и максималисты. Немудрено поэтому, что с началом нэпа последние возглавили в Москве ряд рабочих артелей и кооперативов.
Так, в мае 1922 года максималист (и профсоюзник) Пётр Камышов образовал артель булочников «Вольность труда», в которой все получали поровну. Она росла так быстро, что власти напугались. И закрыли её по суду в начале 1923 года.
На смену пришла пекарня «Трудовая вольность», а затем артель левого эсера Сергея Рыбина – «Муравейник». Поглотив постепенно некоторые другие группы, к 1928 году этот коллектив имел 7 пекарен, кондитерскую фабрику, 18 магазинов и 4 сотни свободных муравьёв.
Инициативу снизу (кроме инспирированной) коммунисты не любили, и артельное движение было им словно угорь в заднице. Поэтому, едва начался разгром нэпа, они показали себя ещё теми муравьедами!